Ферма. Главы 5–7. Эпилог

Закончив все приготовления, Z12 выскочила за дверь. Быстрым, насколько могла, шагом, она понеслась по слабоосвещенному коридору в направлении кухни. Обутые в мягкие тапочки стройные ноги почти не создавали шума. Объемная грудь, сдерживаемая лишь тонким, белым кружевным фартуком, колыхалась в такт движению, безбожно натирая соски о неровную ткань. Сильнее всего это ощущалось на лестницах, где объемное украшение девушки, часто сотрясалось на каждой из бесчисленных ступенек на пути к кухне. Наконец, достигнув больших двусторонних дверей, Z12 остановилась перевести дыхание. Успокоившись и уложив длинные, черные как смоль волосы в хвост, девушка прошла внутрь.

Заняв место в небольшой очереди к дежурной по кухне, Z12 позволила себе осмотреться. Вокруг уже кипела деятельность — протирались столы, намывался пол, две девушки тащили огромный чан с водой в сторону плиты… Кухня жила своей незамысловатой жизнью. Дождавшись своей очереди, девушка обратила внимание, что сегодня дежурит хорошо ей знакомая Z43. Бросив взгляд на подошедшую, сорок третья начала искать ее в электронном журнале, интерфейс которого был встроен в стойку.

— Так. Вот! — сухо произнесла дежурная, — ты сегодня дежуришь в казармах.

— Ч-что? — пораженно выдавила двенадцатая, — но мое дежурство там только через два месяца!

— Значит внеочередное, — ответила пораженная не приветствующейся здесь реакцией дежурная, — Можешь пойти к старшей, если очень хочется! — раздраженно закончила она.

Хоть W28 и считала иначе, но Z12, дурой, все-таки не была. Обреченно вздохнув, девушка развернулась и вышла из кухни. Пройдя пару коридоров она оказалась в служебной гардеробной, где заменила фартук на красный кожаный корсет. Несмотря на несколько предложенных гардеробом размеров, подходящего, привычно не нашлось, так что большая часть аппетитных холмов была выдавлена наружу. Мягкие тапочки были отброшены в угол. Сначала было необходимо натянуть на себя черные латексные чулки, а потом и туфли на высокой платформе. Именно в такой форме нужно было являться в казармы. Закончив одеваться, девушка обильно намазала свои дырочки жирной мазью, стоявшей тут же на столике, и вышла из гардеробной.

Спустившись на лифте, тем кто носил высокую обувь это дозволялось, Z12 почти сразу уперлась в магнитную дверь, охраняемую двумя кобылами.

— Номер? — тут же бросила одна из них.

— Z12, внеочередное дежурство, — сообщила девушка, которой было, почему то важно сообщить эту деталь.

— Оооо… — протянула сверившаяся с планшетом стражница, — Да у тебя сегодня праздник! Девять часов вместо положенных трех!

Сказав это, стражница начала вбивать данные в настенный селектор.

— Третий блок, — сказала она закончив.

— Только б не надорвалась, — проявила ехидное сочувствие вторая стражница, открывая дверь.

У шагавшей, на внезапно негнущихся ногах Z12, мутилось сознание. Девять часов! Тут и от трех с ума сойдешь!

Доковыляв до нужной двери, девушка приложила ладонь к светящейся панели. Экран мигнул. Толстая стальная дверь открылась, пропустила двенадцатую внутрь и тихо сомкнулась позади. Z12 оказалась в просторной комнате, по стенам которой размещалось множество серых шкафов. В противоположной от девушки стороне располагался широкий проход, путь к которому перегораживала массивная деревянная скамья.

— Свежее мясо! — протянула внезапно появившаяся в проходе массивная фигура.

Стоявшая в полутьме фигура слабо походила на обычного человека. Покрытое шрамами, более чем двухметровое тело бугрилось неестественно раздутыми мышцами. Лысая голова, дополненная длинным раздвоенным языком, больше походила на змеиную чем на человеческую. Но девушку волновала не голова и даже не четырехпалые руки, а толстый, длинной с ее предплечье, колом стоящий член со слабо выраженной зеленоватой головкой. Было ли это вызвано генами рептилий, привитых солдатам, или побочным действием мутации, мало интересовало Z12. Ни цвет, ни размер сейчас не создавали препятствий для ее тесного знакомства с этим агрегатом.

Громкий возглас, породил приближающийся шум грохочущих ног. В комнату, толкая друг друга, ворвалось более десяти обнаженных тел. На все еще стоявшую у стальной двери брюнетку уставились хищные взоры. Протолкавшийся сквозь толпу, самый большой и самый изуродованный шрамами громила, однозначно вывший здесь главным, быстро вник в ситуацию и обратился к селектору.

— Сссколько? — шипя, протянул он.

— Награда доставлена на девять часов, — механически захрустел селектор, — Как обычно, ее необходимо доставить к выходу не позднее третьего сигнала.

Солдат удовлетворенно кивнул и прошипел: — Долго! Уссспеем сссыграть в ведро!

Этот комментарий вызвал неподдельный восторг в рядах вояк. Наиболее близкий к выходу тут же метнулся во тьму и вернулся с пластиковым ведром литров на пять объема. Ведро немедленно установили на край скамьи, после чего сержант лег спиной на середину доски и прошипел в сторону девушки: — Насссаживайся!

Z12 сделала несколько плавных шагов к лавке. Дрожь в ней уже утихла под тяжестью неизбежного. Ловко перекинув одетую в чулок ножку через лежащего, брюнетка двумя руками, не без усилий, отогнула лежащий вдоль тела мужчины, перенапряженный ствол и попыталась направить в себя. Несмотря на то, что лавка была невысокая, а платформа ее туфель наоборот огромна, кончик могучего пениса уткнулся ей в пупок. Сержант был не просто самым крупным, но и пенис его был самым длинным.

Увидев растерянный взгляд, сержант, грозно глянул на остальных, и могучие руки подхватили девушку. Удерживая словно пушинку, они помогли ей мягко насадиться на торчащий кол и медленно опускали пока она не коснулась ногами пола. После чего отпустили, предоставив уже ей возможность согнуть колени, впустив в себя пенис на максимальную глубину. Предел был достигнут, не покрыв и половины длинны сержантской дубины. Почувствовав преграду, сержант, кивнул, и брюнетку обступило еще два огромных тела. Первый стал перед девушкой и схватил ее за руки, лишив, тем самым, возможности что либо ими сделать, а второй переступил лавку сзади, приставил головку к обильно смазанному сфинктеру, взял податливое тело за талию и начал медленно вдавливать член в отчаянно сопротивляющуюся плоть.

Z12 всеми силами пыталась расслабить сфинктер, но вышло это не сразу. Наконец попка открылась нетерпеливому гостю и приняла в себя первые его сантиметры. Дав девушке несколько секунд привыкнуть к ощущению встретившихся через узкую перегородку монстров, он начал проникать глубже, совершая короткие толчки. Вогнав, таким образом, сантиметров десять пятнадцать, мужчина убрал руки с талии и продолжил короткие толчки уже так. Отсутствие фиксации руками привело к тому, что каждый толчок не столько проникал глубже, сколько подкидывал девушку вверх, принося немало удовольствия лежащему на скамье сержанту.

Натянутая сразу на два штыря, как перчатка на пальцы, девушка, чувствовала эти точки как удары отбойного молотка. Плоть ее была безмерно растянута на этих стропилах, разделительная перегородка ее горячих дырочек была к тому же раздавлена плотно трущимися между собой членами. Раздавлена так сильно, что могло показаться, будто ее нет совсем.

Особо сильный толчок, все более увлекающегося солдата, оторвал Z12 от пола, вызвав мощный болезненный стон, до сей минуты сдерживающейся девушки. Это было ее ошибкой. В открывшийся широким стоном рот немедленно ворвался третий мужчина. Стон был прерван и перешел в бульканье внезапно растянувшегося горла. Брюнетка усердно совершала глотательные движения в попытке облегчить проникновение не желающего останавливаться члена. Остановился он, лишь когда аккуратный носик, уткнулся в гладкий чешуйчатый лобок.

В этот момент, приостановившиеся было, толчки возобновились. Теперь ее трахали трое. Три огромных члена бурили нежную плоть, будто в желании встретиться где-то в районе желудка. И если, те, кто драл ее сзади все же не могли выйти за отведенные природой границы кишечника и влагалища, то стоящий спереди, как казалось распятой на членах брюнетке, преодолевая глотку, проникал даже в желудок.

От размашистых движений дравшего нежное горло самца была только одна польза, амплитуда движений была так широка, что головка каждый раз откатывалась до касания полных губ девушки, тем самым давая ей, перед новым глотком мяса глотнуть еще и воздуха.

Размеренное колыхание затянутого в кожу и латекс тела продолжалась более десяти минут, прежде чем движения долбящего мягкий зад тела стали судорожными и ускорились. Наконец разбитая попка опустела, ощутив сиротливую пустоту.

На удивление девушки, она не почувствовала разлившегося внутри себя семени. Это было в новинку для нее. Обычно солдаты не стеснялись наполнять своих жертв до краев густой, дурно пахнущей жижей. Но долго раздумывать ей не дали. Освободившееся в сисястой брюнетке место немедленно заполнил новый самец. Новый любовник не церемонился с растраханной попкой немедленно насадив ее на половину длинны своего агрегата. Короткие толчки возобновились.

Вскоре не выдержал и солдат спереди. Сделав две особенно медленные и глубокие фрикции он, также как и предыдущий, освободил пространство, не сбросив груз. Его место, не дав Z12толком продохнуть, заполнил своим присутствием новый солдат.

Лежащий на скамье сержант проявил свое участие лишь тем, что расстегнул переднюю пряжку корсета девушки, предоставив нежным холмам возможность свободно выпасть прямо ему в ладони. Теперь, к размеренным толчкам и бульканью глубокой глотки прибавилось еще выкручивание розовых сосков да тихие шлепки объемных грудей между собой. Не выдержав столь мощного напора брюнетка неистово кончила, забившись в конвульсиях сразу на трех членах. Члены, впрочем, остались безучастными к сокращениям натягиваемой на них плоти.

Пришла в себя девушка уже после очередной смены самцов спереди и сзади. Только сержант бессменно мял нежную плоть внизу.

Z12 потеряла счет времени. Без всяких споров и пререканий, по правилам жесткой очереди, мужчины сменяли друг друга в ней. Все так же, не проливая ни капли семени.

Оргазм сменялся оргазмом. Брюнетка моталась тряпичной куклой между могучими телами. Тишину комнаты нарушали только скрип лавки, горловое бульканье, тяжелое, прерывистое дыхание женского тела да хлюпанье переполненной выделениями киски.

Очередной оргазм выбил девушку из сознания.

Очнулась она, по ощущениям, через несколько часов. Глотка ее была свободна, но тело было сдавлено могучими телами, ритмично загоняющими вглубь безвольного тела свои поршни.

Теперь Z12 лежала лицом вверх. Сержант, наконец уступивший свое место в женской плоти другому, водил по ее лицу зеленоватой головкой, сидя рядом на лавке.

— Очнуласссь, — прошипел он, — Вы двое! Заканчивайте и давайте поиграем.

Солдаты, подолбив податливое тело еще минуту, покинули его, оставив после себя зияющую пустоту и не желающий закрываться сфинктер, немедленно ощупанный тонкими пальцами. И скрылись за спиной командира. Сержант помог Z12 принять сидячее положение, для чего ей пришлось широко развести ноги, чтобы свесить стройные лодыжки, все еще обтянутые латексом, с краев скамьи.

Дождавшись, когда девушка справится с одеревеневшими мышцами и сможет сидеть сама, сержант поставил перед ней два ведра и одну кружку. Одно ведро было наполнено чистой водой, которой брюнетка не замедлила напиться, используя кружку дрожащими руками. Второе ведро было наполовину наполнено той самой, зеленоватой, дурно пахнущей жижей.

Теперь стало понятно, почему в нее не кончали. Все это время солдаты сливали свое семя в ведро. Раздумья прервал громкий гудок.

— Ссслышшшишшшь? — зашипел на девушку сержант. — Это первый сигнал. До второго есссть тридцать минут. До него ты должна опуссстошшшить ведро или посссле гудка мы перельем содержимое в тебя сссилой!

Увидев в руках мужчины воронку с длинным носиком, Z12 поняла, что у нее нет выбора. Перехватив кружку покрепче она жадно припала губами к вонючему содержимому. Глотку обожгла едкая жижа. Возможно, если бы из нее не вытравили рвотный рефлекс на жестоких тренировках, девушку бы и стошнило, но Z12, преодолевая слабость, продолжала пить. Кружка. Еще одна. Так, иногда запивая водой, под возбужденные взоры улюлюкающей толпы, брюнетка перелила в себя все содержимое ведра. За что была награждена хлопками и одобрительным хрюканьем. Картинно проведя кончиком языка по полным губам, слизывая зеленоватые капли, вызвала еще одну бурю эмоций в зрителях.

Прозвучал второй гудок. Солдаты подхватили девушку на руки и поднесли ее к входу в блок.

— Дальшшше нам нельзя! — прокомментировал остановку один из них.

На негнущихся ногах Z12 двинулась к выходу. Пройдя пост охраны, девушка медленно двинулась по коридорам к гардеробной, не обращая внимания ни на болтающиеся в расстегнутом корсете объемные груди, ни на обильные следы ее собственных выделений идущих от влагалища до самых стоп, особенно сильно поблескивая на черном латексе.

Сменив костюм на привычный фартук, утомленная сверх всякой меры брюнетка, двинулась в свою комнату, за дверью которой ждала всегда довольная жизнью подруга.

— Ты покушала? — заботливо спросила она.

— Как никогда, — кротко ответила Z12.
• • •
Глава 6

Проснувшись утром, девушки приступили к обыденным утренним вещам. Двоим, здесь было куда просторней обычного. Можно было дольше простоять под душем и посидеть перед зеркалом, пока Z12 расчесывает волосы.

— Как думаешь, скоро она заявится хвастать новыми привилегиями? — спросила, усердно работающая расческой брюнетка.

— Не знаю. Может ей нельзя здесь появляться, — с легким налетом грусти ответила W6.

В остальном все шло как обычно. А вот утреннее сообщение селектора стало неожиданностью.

— W6 свободна до восемнадцати часов. Инструкции будут даны позже. Z12 свободна до восемнадцати часов. Инструкции будут даны позже.

— Урааа! — заверещала доведенная до восторга блондинка.

— Неужто надоел пост под столом? — озорно спросила соседка.

— Ох… там так тело затекает за весь день.

— Хотела бы вернуться к роли античной статуи?

— Ой! Не напоминай, — отмахнулась от подруги девушка, — А что, кстати, значит античная?

— Не знаю! — честно ответила брюнетка, — Просто так говорят.

— Ну, раз не знаешь! — озорно протянула шестая, — То я знаю, чем мы будем заниматься!

С этими словами она поднялась с миниатюрного стульчика, проскользнула за спину подруги, горячо прижалась к ее телу и, наконец, ухватилась обеими руками за объемную грудь.

— Нахалка! — прокомментировала в пространство ошеломленная напором двенадцатая.

— Всегда мечтала это сделать! — обожгло шепотом миниатюрное ушко.

— Не хочу прерывать твое занятие, но…

— Вот и не прерывай! — перебила подругу блондинка, бесцеремонно наминающая нежную плоть. Плоть, впрочем, не сопротивлялась. Не сопротивлялась, пока маленький пальчик не полез ей в попку.

— Может не надо? — вяло заныла брюнетка, — В этой дырочке, вчера, побывали все солдаты третьего блока! По нескольку раз!

— Как будто первый раз! — не приняла возражений насильница, — То-то я сморю, мизинчик вообще без сопротивления заходит! А ладошка пролезет?

С этими словами миниатюрный кулачок начал прокладывать себе путь во влажную, горячую, нервно пульсирующую темноту. Для этого даже пришлось бросить терзание розовых сосочков и присесть для получения удобного угла.

— Ты совсем мне не помогаешь! — пожаловалась шестая, не прерывая попыток войти глубже.

Со вздохом принятия неизбежности, двенадцатая склонилась, упершись ладонями в столик под зеркалом, предоставляя, наконец, нужный угол для атаки. За что немедленно поплатилась перед рукой, вошедшей по самый локоть в ее тело.

— Тебе вчера понравилось? — внезапно прервав движение одной руки и поглаживая стройную ножку другой, спросила истязательница.

— Ты… не думаешь… что… для вопросов… время не подходящее? — натужно дыша, спросила девушка, тяжело переживающая инородный предмет в своей попке.

— А что не так со временем? — спросила блондинка, делая вид, что не понимает вопроса.

— Поза… немного… неудобная…

— Но она тебе так идет! — нежно проворковали сзади.

Еще немного времени спустя, наконец, закончившая исследование всех пустот рука, покинула свое пристанище. Обладательница руки выпрямилась, бодро шлепнула мягкий зад подруги и потянула ее к одной из кроватей.

— Хочу тебя полностью! — пояснила она свои действия, укладывая свою безвольную жертву на спину.

— Они были в тебе по двое или по трое? — спросила шестая, копаясь в одном из настенных шкафов.

— По трое, — озадаченно ответила брюнетка, все еще не понимая, к чему идет дело.

— Значит вот так! — резюмировала свои поиски блондинка, доставая из шкафа три продолговатых предмета. Все три представляли собой метровый резиновый цилиндр, диаметром толще самого толстого мужского пениса, изогнутый полукольцом на жесткой основе. Два из трех цилиндров, ровно посередине разделял внушительного размера гладкий шар. В середине третьего же цилиндра было, наоборот, утонение до величины мизинца, длинной сантиметров двадцать. Со всем этим добром наперевес, вооруженная садистским видом, она двинулась в сторону кровати.

— Будешь сопротивляться? — спросила W6, грозно нависая над подругой.

— А есть смысл? — обреченно спросила лежащая.

— Нет! — прозвучал, смешавшись с веселым смехом, ответ, — прижми колени к груди!

Z12 подчинилась, открыв легкий доступ к своим дырочкам для похотливой подруги. У нее не было ни единой мысли о неподчинении. Ей, хоть она и не признавалась себе в этом, происходящее даже нравилось.

Шестая же, не теряя времени, уже вставила, в неспособную, после недавнего растяжения сопротивляться, попку, цилиндр, вплоть до ограничительного шара. Второй прибор она вставила в повлажневшую киску так глубоко как смогла. После чего, с помощью кольца, расположенного на шаре, сократила длину, ушедшего в глубину конца так, чтобы ограничитель плотно прилегал к половым губам.

Закончив проникновение в брюнетку, девушка обильно смазала свою попку жирным кремом. Ее сфинктер никто вчера не буравил девять часов к ряду, и он нуждался в смазке. После чего взобралась на кровать и присела на новообретённую любовницу, впуская в себя сразу оба резиновых конца. Пришлось еще повозиться, чтоб максимально прижаться со своей стороны к ограничителям.

Закончив приготовления, блондинка склонилась ниже, сливаясь с соседкой губами, переплетаясь языком и, наконец, грубо вцепляясь в вожделенную, упругую плоть грудей руками. В этот раз, возбужденная всем происходящим двенадцатая, не осталась в долгу, и жарко ответила на поцелуй, в свою очередь, хватая подругу за соски.

— Мммм… ты так приятно подчиняешься, — томно заметила пепельноволосая, прерывая поцелуй и начиная покручивать тазом, вызывая приятное ощущение внизу живота, — У тебя стройнейшие ноги! Восхитительные, так бы и съела, сиськи! Кожа… ох… твоя кожа, это нечто! Ресницы, носик, губки, шейка, ключицы… все и не перечислишь! Как же ты получила метку Z при всех этих достоинствах?!

Последние произнесенные слова уже сопровождались взаимными стонами.

— Таз шире нормы… — сквозь возбуждение и сладкий стон ответила обладательница низкого статуса.

— А я… обожаю твой таз! — горячо произнесла блондинка, не прерывая круговых движений, — Я даже немного рада этому стандарту! Без него я не смогла бы сейчас сделать так! — простонала девушка, возвращаясь к поцелую.

Спустя маленькую вечность, W6 снова разорвала поцелуй.

— А с какой твоей дырочки начали солдаты? — томно спросила свою жертву пепельноволосая.

— Они, медленно, насадили меня киской на огромный член!

— Ого! Очень длинный?

— Когда я стала сверху, он уперся мне в пупок! Вот и пришлось меня поднимать, иначе было не насадиться.

— Вааау! — протянула восхищенная подруга, — а потом?

— Потом, в зад, рывками вошел второй солдат! — ответила все более возбуждаемая расспросами девушка.

— И сразу в ротик?

— Нет! — четко говорить было все сложнее, — Только когда я застонала. Зато сразу на всю длину!

— Тогда последний штрих! — тяжело выдохнула перевозбужденная блондинка и взяла с кровати последний цилиндр, — Открой ротик, сладкая моя!

Увидев исполнение приказа, девушка, медленно вложила в открытый рот конец цилиндра и толкала его вглубь, пока полные губки подруги не сомкнулись на середине тонкой части. Со стороны выглядело, будто она, через трубочку пьет коктейль из замысловатой фляги. На самом же деле резина распирала пищевод девушки, впрочем, оставляя специальные ложбинки для ровного дыхания.

— Выглядишь… очень возбуждающе! — ответила на вопросительный взгляд Z12, неостановимая блондинка, — Солдатам крупно повезло! — добавила она, и в свою очередь, начала сноровисто заглатывать другой конец цилиндра, пока не встретилась с полными губами любовницы.

— Ну и пофледнее, — выдавила она с набитым ртом, нажимая кнопочку на крошечном пульте, который прилагался к «глубокому» комплекту.

Нажатие кнопочки превратило, соединявшие два горячих тела в одно целое цилиндры, в мощные вибраторы.

Соседки, ставшие сейчас похотливыми сучками, вновь слились в поцелуе прямо вдоль тонкой части цилиндра. Горячий напор и возобновившиеся ручные ласки быстро довели брюнетку до оргазма. К вибрации и круговому движению таза добавились подергивания резиновых стержней, вызванные конвульсивными сокращениями мышц оргазмирующей самки. Мощные рывки, толчки и подергивания привели к ответному оргазму блондинки.

Переждав взаимные конвульсии и возобновив поцелуй, шестая увеличила на пульте мощность вибрации и добавила к круговым движениям короткие толчки.

Спустя бесчисленное число взаимных оргазмов, горячую гимнастику двух изможденных тел прервал механический голос.

— Через два часа, W6 надлежит явиться в банкетный зал. Форма одежды номер сто шестьдесят два. Через два часа, Z12 надлежит явиться в банкетный зал. Форма одежды номер сорок шесть.
• • •
Глава 7

Спустя час, наконец сумевшие расцепиться девушки, посвежевшие, заново умытые и причесанные, явились в ближайшую гардеробную.

Введя нужные цифры на панели доступа, они получили необходимые для указанных номеров предметы одежды. W6 надела желтые ковбойские сапожки с огромной шпилькой, синие обтягивающие штаны с вырезом, открывающим широкий вид на интимные места, синий же пиджачок с длинным рукавом, плотно прилегающий к спине, но не способный прикрыть ее и до середины, а спереди его борта вообще заканчивались у основания груди. Образ дополняла ковбойская шляпа с широкими полями.

Z12 достались черные босоножки, с не менее длинной шпилькой чем у подруги, черные сетчатые чулки и черный же корсет, вновь успешно подчеркивающий размер груди носительницы, но в этот раз дополненный специальным креплением. Крепление предполагало, что руки носительницы будут плотно сцеплены за спиной в локтях и запястьях, заставляя, помимо прочего, дополнительно выпячивать грудь. Не обладай носительница такого корсета изрядной гибкостью и ношение доставило бы ей изрядное количество неудобств, но это не было проблемой для двенадцатой, которая ловко продела руки во все крепления, принимая нужную позу.

Таким образом, обе соседки вовремя прибыли в банкетный зал. На входе обеих дополнительно накрасили, но если W6 просто получила яркий макияж и алые губы, то на Z12, помимо черной помады, было нанесено обилие черной туши и таких же теней вокруг глаз.

Банкетный зал было не узнать. В дополнение к большим длинным столам, до того, сиротливо, составлявших обстановку, добавилось множество новых предметов, устройств и сооружений.

К одному из таких сооружений, а именно к стеклянному, от пола до потолка, цилиндру тут же повели как W6 так и Z12. Девушка техник отперла, едва заметную в толстом стекле дверцу и вошла туда вместе с блондинкой. В центре цилиндра находился своеобразный механический бык, отличающийся выступающими из седловины черными резиновыми членами.

— Насаживайся, — коротко бросила работница.

После чего, помогла шестой занять правильную позу на резиновых членах, отрегулировав их длину так, чтобы в сидящую проникали только головки. Затем она затянула ремни на лодыжках, коленях и бедрах.

— Так ты не слетишь на пол, — прокомментировала она свои действия для озадаченной наездницы. После чего приковала левую руку блондинки к крупу установки, а правую зафиксировала скрытым ремнем на верхней части шляпы, которая в свою очередь, надежно держалась на голове за счет множества скрытых же креплений и вполне открытой лямки, брошенной через подбородок.

Таким образом, наездница как бы откидывалась назад, опираясь на тело быка левой рукой, а правой придерживала на голове шляпу. Это открывало очень выгодный вид на обнаженную, выпяченную вперед, грудь девушки.

Совершив все эти манипуляции, техник, вышла из колбы, заперла за собой дверь, вновь скрыв ее от смотрящих, и занялась следующей прибывшей, которой была Z12.

Одетая в корсет полногрудая брюнетка, ожидая своей очереди стоя возле стеклянной колбы, где крепили к станку подругу, непрерывно оглядывала зал.

В одном углу зала, под стеклянным колпаком, к велотренажеру крепили огненноволосую, одетую лишь в туфли на платформе, девицу. К ее соскам прикрепили электроды, а в зад наживили головку резинового члена, выходящего из подвижного цилиндра.

— После звукового сигнала о начале, крути педали как можно быстрее, будешь крутить слишком медленно — получишь разряд тока…

В другом углу зала, в похожей колбе к потолку подвешивали платформу, на которой разместили сразу три, одетых в белую балетную пачку и такого же цвета чулки и туфли, девушки. Необычные туфли принуждали их держать ноги вместе и усиленно тянуть носок как настоящих балерин. Изогнутая же в пояснице поза подвешенных, открывала прекрасный вид на их прелести. Руки балерин зафиксировали вдоль тела.

Каждый желающий мог подойти к колбе и, с помощью специального рычага, управлять манипулятором расположенным внутри колбы, к которому было прикреплено два изогнутых вверх жестких пениса. Как раз сейчас один из техников проверил работу устройства, всадив пенисы в дырочки левой балерины. После чего потянул манипулятор вверх, отрывая девушку от удерживающей ту доски и подвешивая ее на ее же прелестях. Так как в момент отрыва другой опоры для испытуемой не предполагалось, залу огласил ее истошный крик.

Не дав рассмотреть происходящее в остальных частях помещения, закончившая крепить W6 к быку техник, увлекла двенадцатую в сторону.

Остановились они возле незамысловатой металлической рамы. Сюда же подвели еще несколько девушек, у каждой из которых на ошейнике красовалась метка Z. Z12 вставили в рот расширительное кольцо, оставлявшее девушку, в состоянии непрерывного зевка и закрепили его ремешком на затылке. После чего наклонили и надежно зафиксировали в железной раме, так выгнув голову, чтобы распертый кольцом ротик создавал с горлом прямую линию. Так же техник привязала обтянутые сеткой стройные лодыжки девушки к ножкам рамы, тем самым широко разведя брюнетке ноги. Высота рамы легко регулировалась так, чтобы любой желающий мог быстро подстроить ее под себя.

Оставленная в такой позе Z12 получила вид на центр зала, т. е. на свою подружку, помещенную в колбу велосипедистку и край ближайшего стола, к поверхности которого сейчас тоже крепили девушку, так чтобы ее голова свисала с края, а налитые груди смотрели вверх.

Суматоха постепенно сходила на нет. Уже все девушки заняли свои места в креплениях. Так, рядом с Z12 оказалось заковано две незнакомых попки — слева и справа. А чуть дальше по обе стороны торчало по одной, точно так же выгнутой, черноволосой голове. Наконец зал наполнили развратно одетые официантки наполнившие столы закусками и застывшие в проходах с подносами набитыми фужерами с различной жидкостью. Все замерли в ожидании.

Спустя время, примерно оцененное Z12 в час, прозвенел гудок. Вместе с ним заскрипели различные механизмы. Закачался из стороны в сторону бык в центре зала, а велосипедистка закрутила педали, начав циклическое движение проникающего ей в попку цилиндра. Ее немедленно стукнуло током и она начала крутить быстрее, чем увеличила и темп проникновения.

Спустя еще пару минут зал наполнили сотни полторы гостей. Кругом разносились обрывки непонятных двенадцатой фраз вроде слов товар, прибыль, котировки и баррель.

Перед глазами брюнетки замелькали черные пиджаки и разноцветные галстуки, пока обзор полностью не перекрыл очень толстый мужчина во фраке.

Погладив Z12 по смоляным волосам, он расстегнул ширинку брюк, вывалив наружу свое невнушительное хозяйство и начал поспешно толкать его брюнетке в ротик. Совершив десятка три торопливых фрикций, он кончил внутрь девушки, вытер остатки семени ее же волосами и засеменил куда-то в сторону автомата с балеринами.

У Z12 вновь освободился обзор. Глотая противную горько соленую жижу, она теперь могла наблюдать сучившую по столу незакрепленными ногами девицу, которой слишком надолго перекрыл кислород седовласый старик, обладавший видимо, несмотря на старость, достаточно толстым и длинным членом.

Весело скачущая на быке подружка собрала несколько увлеченно беседующих зрителей. С ее губ не сходила блаженная улыбка, которую можно было разглядеть даже отсюда.

От колбы с балеринами понеслись душераздирающие крики и протяжные стоны, прерываемые неподдельным восторгом зрителей восхищенных такой забавой.

Вновь перекрытый обзор ознаменовал новый член, проникающий в горло брюнетки. Этот агрегат был существенно больше предыдущего, но все еще недостаточный для создания удушья. Владелец нового пениса не торопился. Медленно и размерено он сношал свою жертву прямо в горло, держа ее за уши. Иногда он менял угол, растягивая ту или другую щеку, но ритм оставался неизменным. Спустя десяток минут пенис покинул горячий, полный, уже начавшей капать на пол, слюны, ротик. В лицо, едва успевшей прикрыть глаза девушки, брызнула тугая струя. Концентрированный белок ударил прямо в лоб девушки. Далее последовали вторая и третья струи легшие уже как попало. После чего, сбросивший напряжение мужчина, поводил головкой по полным губам, как и предыдущий, обтерся черными волосами и пошел прочь.

В этот раз Z12 успела увидеть лишь, яростно насиловавшую себя в зад, истекающую потом, рыжую велосипедистку, как в ее глотке снова оказался член. На этот раз член был огромен. Он немедленно перекрыл доступ воздуха в легкие, вызвав обильное слезотечение. Брызнувшие слезы начали размывать тушь и тени и, стекая вниз, оставляли темные потеки на раскрасневшемся, уже покрытом спермой лице.

Новый гость взял с места в карьер, начав яростно долбить узкое горло, вызывая приступы удушья и все новые потоки слез. Через несколько минут такой безжалостной ебли он кончил, обильно залив, как ротик, так и бросив несколько струй на лицо и волосы зафиксированной в стойке девушки.

Придя в себя после грубого проникновения, Z12 удивленно обнаружила, что в ее попке, вяло орудует еще один гость. Этот до сих пор незамеченный ниндзя, нежно оглаживал аппетитные округлости, доступные его ладоням, и время от времени, тихо нахваливал столь качественно разработанный зад, не требующий для проникновения никакой смазки.

Так же новым стало и то, что все соседки уже были заняты каждая своим воздыхателем, а некоторые и двумя сразу.

После нового горлового гостя, которым, кажется, вновь был толстяк, первым оприходовавший ее ротик, но на этот раз, сливший все, что мог ей на лицо. Брюнетка смогла заметить, на этот раз уже слабо трепыхающуюся, настольную девицу, давившуюся очередным членом. Только туфли на ней были, почему-то, другого цвета.

Так и проходил этот вечер. Посетивших Z12 гостей становилось все больше, а некоторые возвращались к ней так часто, что она уже помнила их на вкус. Именуя их про себя то горьким, то сладким, то кислым с пряностями. Менялось количество зрителей у колбы с быком. Настольная девица все реже скребла ногами по столешнице, но крики балерин не прекращались ни на минуту.

Наблюдения за залом продолжались до тех пор, пока объем пролитой на лицо спермы не перекрыл возможность что-то видеть, оставив девушку во власти лишь четырех из пяти чувств.

До слуха же продолжали добираться самые разные беседы. От обсуждений погоды до, восхищенных:

— Смотри какая!

— Вот это да!

Или:

— Ну и умеет же она заглатывать!

— Смотри, как потащил! Аж пачка дыбом!

Были и менее понятные фразы, вроде:

— А видел что хуелазки творят?!

— Из тебя бы сумку сделать!

Или совсем неясные:

— Хватает и ртом и жопой! Прямо как его девки!

В очередной момент в нее вошли с двух сторон приступив к неторопливой ебле и столь же неторопливому разговору.

— Ох! Какая же потрясающая блядь нам досталась, — сообщили из-за спины.

— Ага! Уже вся в сперме с ног до головы, а сосет как пылесос! — поддержал говорившего, владелец снующего туда сюда во рту члена.

— А попочка! Какая попочка! Потом обязательно ее попробуй! Тут уже изрядно хлюпает правда, но это не помеха такой сладкой попочке!

— Популярная видно девица!

— Точно! Тут не к каждой очередь стоит!

— А я бы еще поимел, вон ту ковбойшу! И почему ее нельзя трахнуть?

— Ага! Я тоже! Но к ней не пускают. Балерин тоже нельзя — я спрашивал.

— Откуда он таких берет то? — спросил мужчина, увеличивая темп взятия горла.

— Дык сам и выращивает. Здесь же, в особняке. Никогда что ли не был на аукционе?

— Нет. А их можно купить?

— Конечно! Ну… может не вот эту крошку, которую мы тут с тобой облюбовали, но там есть из чего выбрать! Поверь мне!

— Верю! Чего бы не верить!? Но давай ка поменяемся. Хочу ее попку опробовать.

Мужчины обменялись дырочками, быстро восстановив привычный темп.

— И точно! Как пылесос! — последовал довольный комментарий.

— А я это и говорил! Попка, кстати, тоже весьма и весьма!

Некоторое время обладатели голосов молча наслаждались процессом проникновения в распятую красотку. После чего разговор возобновился.

— А чего сегодня он только жижу какую то в бочках толкал? — продолжил беседу исследователь женского кишечника.

— Так… он же себе слизня… того… завел! Теперь топливо производит! Удобно ему! Сам и сырье выращивает и пенку снимает, — выдавил передний мужчина сильно наращивая темп фрикций, — Я это… того… сейчас кончу…

— Давай! На лицо ей! Я тоже скоро буду! — поддержал темпом товарища, стоявший сзади.

В этот момент истомленная Z12 обильно кончила, забрызгав своими соками лакированные ботинки.

— Кончила сучка! — объявил блаженствующий мужчина, скользящий по тесному, вдруг запульсировавшему в оргазме, заднем проходе. После чего быстро покинул дрожащую дырку, немедленно занятую новым посетителем, и побежал спускать девушке на лицо, но не удержался и был вынужден залить длинные ресницы соседней девицы.

— Диво как хороша! Аж не дотерпел! — пояснил он свою неудачу.

Новые гости долбили брюнетку уже молча.

Спустя несколько часов и сотни три, непрерывно сменяющих друг друга, членов. Гости наконец пресытились развратом и стали расходиться.

Z12 была покинута последней, оставшись ронять слюни на, и без того обильно залитый чем попало пол. И чувствуя стекающую туда же по растраханной за вечер киске, теплую жижу.

Вскоре прибежали техники, начавшие сначала поить, а потом и сноровисто освобождать закрепленных различными способами девушек.

Вскоре, лишенная, наконец, кольца, Z12, смогла сплюнуть хотя бы часть переполнявшего ее рот, горло и желудок семени. Налипшую, и уже изрядно засохшую белую корку, предстояло еще долго отмывать от лица и волос в душевой.

Вечер удался.

Эпилог

Глубокой ночью, хорошенько отмытые подруги, полезли укладываться в одну кровать.

— Ты куда это собралась? — протянула удивленная брюнетка, — Неужто бык не почесал тебе все места и ты хочешь еще?

— Почесал-почесал, — озорно ответила похотливая подруга, — Еще как почесал! Там же, при каждом наклоне, в меня пенис выстреливал! Но даже это не спасло бы тебя от расправы, если б я так не устала! Твои волосы было, тааак утомительно отмывать!

— Еще раз спасибо за помощь, — с нежностью обратилась двенадцатая к W6, все таки, уступая ей место рядом. Чем последняя тут же и воспользовалась, юрко притиснувшись к горячему телу, и немедленно облапив вожделенную грудь.

— Буду усердно пользоваться плодами твоей благодарности! — торжественно заявила блондинка, наминая горячую плоть, не сопротивляющейся соседки. — Хорошо они тебя уделали! Я даже завидую немного!

— Чему же? — мягко спросила Z12.

— Очереди! Которую ты создала там! — восхищенно сообщила пепельноволосая, оставляя на ближайшей груди ласковый поцелуй, чтобы показать, что про зависть она пошутила. — Там один старик даже наручные часы отдал, чтоб занять место к тебе поближе!

— Ну… наверное… не только ко мне стояли.

— К тебе к тебе! — заверила охотница на упругие прелести, — К стойке с рыжими, толком и не подошел никто, блондинок быстро бросили, шатенку пользовали только одну, да и ту, кажется, два три парня по очереди. Только брюнеткам хорошо перепадало!

— Видишь! Попыталась возразить обозначенная обладательница соответствующего пигмента, — Не ко мне стояли, а ко всем брюнеткам!

Не выдумывай! — разбила вялую попытку, добравшаяся до сосков, подруга, — Остальным брюнеткам перепадало только от тех, кто не сумел дождаться своей очереди! Да даже балеринами и ямой столько не интересовались как тобой. В тебе, наверное, все гости побывали. Многие по нескольку раз!

— А что за яма? — спросила Z12 заинтересовавшись.

— Не знаю. Что-то там было под полом в углу, туда, по началу, много кто заглядывал, — сообщила шестая, выпуская, уже затвердевший сосок, изо рта.

— Ну, точно! Ты же была в самом центре, да в стеклянной колбе! Давай ка рассказывай, что еще было в зале?

— Нууу… — протянула подруга с набитым розовой плотью ртом, после чего окончательно выплюнула сосок, начав вместо этого его покручивать будто ручку радиоприемника, — Сзади меня была велосипедистка. Но ты знаешь, наверное. Тебя поставили смотреть прямо на нее. Справа непрерывно кричали балерины. И чего кричали? Ну да ладно. Позади тебя была та самая яма, в которую смотрели через прозрачный пол. Слева были открыты двери, через которые сновали разносчицы с подносами. Между всем этим были столы, к торцам которых тоже привязали девиц в разных позах. Ну и еда! Столько еды я всю жизнь не видела! А… был еще хозяин, но я, увидев его, словила долгожданный оргазм, и потеряла его из виду, а потом его уже не было.

Закончив рассказ, девушка с новой силой принялась обсасывать доступное тело. Увлекшись, даже не заметила, как уснула соседка, так и не попытавшаяся вырвать свою плоть из алчного ротика.

Прошло несколько непримечательных дней. W6 все так же сидела под столом, то добираясь до, налитого кровью, леденца хозяина. О чем потом возбужденно рассказывала, всегда внимательно слушающей соседке, с которой теперь делила постель. То оставалась ни с чем и делилась с подругой сожалениями.

В свободные часы, похотливая блондинка, набрасывалась на соседку с разными приблудами наперевес, увлеченно трахала на все согласное тело, впрочем, отвечающее на похоть взаимностью, и мирно засыпала. Часто сон настигал ее в моменты блаженного изнеможения, и до самого утра, не желая тревожить подругу, двенадцатая ждала, пока та проснется, чтобы размонтировать объединяющие два тела трубки.

Наконец, утром, селектор сообщил нечто новое. W6 привычно отправлялась в кабинет, а вот Z12 предстояло, ближе к полудню явиться в первую смотровую.

Нацепив неизменные шпильки и черные кружевные чулки, брюнетка явилась в назначенную смотровую.

Смотровая состояла из хорошо освещенного подиума в центре комнаты и нескольких утопающих в тени ниш. В одну из таких ниш и провели девушку.

Темное пространство оказалось заполнено мягкими креслами со встроенным в подлокотник цифровым пультом. Приходящих, одетых лишь в шпильки и чулки девушек расставляли напротив кресел, вставляя каждой в рот по расширительному кольцу. Это же ждало и Z12.

Вскоре кресла начали заполнять делового вида мужчины, с интересом поглядывающие на стоящих перед ними девиц. Когда все места были заняты, техники подвели девушек к креслам, усадили их между ног сидящих на колени, и продели их руки в хитроумные зажимы на креслах так, что лица сидящих девиц почти упирались в пах мужчинам.

Вместе с ощущением вялой мужской плоти на языке двенадцатая услышала о начале торгов. Сцену наполнила группка женщин, которую, согласно бодрому голосу, продавали оптом. Мужская плоть росла в глотке брюнетки вместе с ценой лота, пока не заполнила ее, перекрыв дыхание. Девушка стала совершать широкие кивки головой, предельно отдаляясь, чтобы глотнуть воздуха и на минуту ныряя вниз, чтобы глотнуть плоти.

Когда сидевший перед девушкой мужчина сделал, наконец, ставку, выкупив свой первый лот, лампа осветила его лицо и Z12 узнала мужчину, так яростно буравившего глотку прикованной к банкетному столу девушки, что она долго беспомощно сучила ногами.

Узнавание, впрочем, не отвлекло ее от плавных нырков. Мужчина же, тоже разглядевший лицо ныряльщицы, после очередного ее погружения, вдруг остановил новое и, склонившись, зашептал на ухо:

— Отдышись хорошенько. Постарайся заглотить его на полную и продержаться так, как можно дольше. Если у тебя получится, я сделаю все чтоб тебя наградить за старания.

Брюнетка прикрыла глаза давая понять, что понимает требование. Хорошо продышалась и нырнула к самому дну, сантиметр за сантиметром проглатывая толстенный член, пока не уперлась губами в лобок.

Девушка продержалась так минуту, затем вторую. Когда легкие стало обжигать желание сделать вдох, она попыталась отстраниться, но, неожиданно сильная рука, надавила на затылок не дав сдвинуться ни на миллиметр. Вскоре жжение стало невыносимым, и двенадцатая засучила ногами точно так же как видела на банкете.

Внезапно, давление на затылок прекратилось, с громким чпок, пенис покинул глотку и Z12 смогла, наконец, вдохнуть. Тяжело дыша, она огляделась и увидела стоящую, сбоку от кресла техника, позади техника стояла одна из только что купленных стариком девушек.

— Хозяин решил, что Вы захотите опробовать свою покупку немедленно, — спокойно сообщила техник обладателю, призывно стоящего, масляно поблескивающему в тусклом свете под толстым слоем слюны, огромного пениса. При этом она отвязала Z12 и заменила ее светловолосой, бледной девицей.

— Как любезно с его стороны! — раздраженно прокаркал мужчина, грубо хватая свое приобретение за волосы и яростно насаживая ее глотку на подрагивающий в предвкушении ствол.

Техник попыталась увести двенадцатую, но ее тут же остановил мужчина в соседнем кресле и попросил заменить освободившейся брюнеткой его шатенку.

Мгновение поколебавшись, техник кивнула и поменяла девушек, уведя за собой шатенку. Двенадцатая усердно принялась полировать новообретенный ствол, толщина которого была недостаточной для перекрывания всего горла. Впрочем, немного поигравшись с новинкой, очередной посетитель горячих недр отвлекся на торги, позволив ей самой выбирать темп и глубину.

Соседнее кресло же отзывалось громкими чвяками, тяжелой отдышкой и умоляющими стонами, безжалостно насилуемой в глотку девушки. Прервав экзекуцию, владелец кресла сделал еще несколько покупок после чего, точно так же наклонился к уху своей собственности.

Через несколько минут тяжелое дыхание прервалось глотательными звуками, старающейся угодить новому хозяину девушки. Через две минуты девица дернулась и захрипела. Потом уже знакомо задергала ногами. Постепенно шум утих, и торги продолжились уже в относительной тишине.

Успевшая уже два раза проглотить соленое семя двенадцатая, занятая лобызанием обмякшего ствола, старалась не смотреть налево.

По окончанию торгов, техники отцепили девушек. Теперь, при зажегшемся свете, нельзя было не обратить внимание на тело. Безвольно лежащее тело светловолосой, так и оставшееся лежать на полу, марая дорогой ковер, обильно вытекающей изо рта, белесой жидкостью. Остекленелые глаза и светлые волосы. Такие знакомые пепельные волосы…
советы фермерам

Оставить комментарий